ул. Малая Дмитровка, д. 16/6 +7 (495) 987-18-70

Очередная либерализация уголовного законодательства: достигнута ли поставленная цель?



26.05.2016 г. Президент Российской Федерации внес в Государственную Думу законопроект № 1083199‐6, предполагающий изменения Уголовного и Уголовно‐ процессуального законодательства, направленные на «формирование условий для создания благоприятного делового климата в стране и исключение возможностей для давления на бизнес с помощью механизмов уголовного преследования».

Очередные новеллы уголовного законодательства, подготовленные рабочей группой по мониторингу и анализу правоприменительной практики в сфере предпринимательства, в первоначальной редакции произвели положительное впечатление. При первом прочтении текста поправок можно было подумать, что власть от декларативных заявлений, не производящих какого‐либо положительного эффекта, перешла к реализации конкретных мер, действительно способных хоть как‐ то повлиять на разрешение конфликта между бизнесом и правоохранительными органами.

Однако, как это зачастую случается в отечественной правотворческой деятельности, в третьем чтении предлагаемые поправки были приняты с существенными изменениями и большинство положительных предложений не будут реализованы.

Остановимся на ключевых положениях законопроекта и проанализируем то, смогут ли они достичь поставленную цель и исключить «возможность для давления на бизнес с помощью механизмов уголовного преследования».

УЩЕРБ

В качестве положительной инициативы, реализованной в данном законопроекте, в первую очередь необходимо отметить, что для ряда составов преступлений в сфере экономической деятельности был повышен пороговый размер ущерба (дохода, задолженности), причинение которого является обязательным элементом для привлечения лица к уголовной ответственности. Наиболее позитивно данные изменения проявляются применительно к налоговым преступлениям.

В случае вступления в силу законопроекта, предприниматель может быть привлечен к уголовной ответственности за совершение налогового преступления (ст. 199 УК РФ «Уклонение от уплаты налогов с организаций»), только если в течение трех финансовых лет подряд организация не выплатила налогов на сумму более пяти миллионов рублей, при условии, что доля неуплаченных налогов превышает 25 процентов подлежащих уплате сумм налогов; либо не было выплачено пятнадцать миллионов рублей. Обозначенные суммы признаются крупным ущербом, а их невыплата грозит наказанием в виде лишения свободы на срок до двух лет.

Если же организация не выплачивает налогов на сумму более пятнадцати миллионов рублей, при условии, что доля неуплаченных налогов превышает 50 процентов подлежащих уплате сумм налогов; либо в бюджет не поступило более сорока пяти миллионов рублей, то тогда ущерб признается особо крупным. За совершение обозначенных действий предусматривается наказание в виде лишения свободы на срок до шести лет.

Таким образом, порог крупного ущерба был поднят в 2,5 раза, а особо крупного – в 1,5 раза по сравнению в с предыдущей редакцией УК РФ. Представители бизнеса уже на протяжении нескольких лет отмечали, что суммы ущерба по налоговым преступлениям не соответствуют реальным экономическим показателям современных компаний и предлагали их увеличить. Наконец, это было сделано, что безусловно является положительным моментом особенно для представителей малого бизнеса, которые фактически оказались за рамками привлечения к уголовной ответственности, в связи с незначительными (по сравнению с крупными организациями) экономическими оборотами, которых явно недостаточно для того, чтобы причинить государственному бюджету даже крупный ущерб.

ОСВОБОЖДЕНИЕ ОТ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ
 

Вторым положительным аспектом законопроекта является расширение перечня составов преступлений в сфере экономической деятельности, в случае совершения которых возможно освобождение от уголовной ответственности (ст. 76.1 УК РФ). Само по себе увеличение количества составов видится не столь значимым. Тем более, в список были добавлены такие преступления, за совершение которых предприниматели редко привлекаются к уголовной ответственности (например, ст. 185.6 УК РФ «Неправомерное использование инсайдерской информации»).

Более существенным представляется изменение условий, при выполнении которых предприниматель освобождается от уголовной ответственности. Они выразились в снижении суммы возмещения причиненного ущерба с пятикратного до двухкратного размера. Таким образом, если предприниматель совершил преступление, которое попадает в список, закрепленный в ст. 76.1 УК РФ, то он может быть освобожден от уголовной ответственности, если перечислит в федеральный бюджет денежное возмещение в размере двукратной суммы причиненного ущерба. Безусловно, положительная новелла, которая упрощает механизм освобождения от уголовной ответственности. Однако опять же отметим, что большинство составов преступлений, содержащихся в ст. 76.1 УК РФ, редко применяются в практической деятельности при уголовном преследовании бизнеса и в этом видится существенный недостаток данной нормы.

ВСТРЕЧИ С НОТАРИУСОМ
 

Следующий положительный момент законопроекта связан уже с внесением изменений в УПК РФ и заключается в предоставлении возможности лицу обвиняемому (подозреваемому) в совершении преступления в сфере предпринимательской деятельности, который помещен в следственный изолятор или под домашний арест, иметь без ограничения свидания с нотариусом в целях удостоверения доверенности на право представления интересов.

Указанная поправка снимает ряд технических проблем, связанных с изготовлением доверенности в период применения меры пресечения, так как ранее данный вопрос разрешался с участием должностных лиц следственного изолятора и разрешался он не всегда положительно. Однако позитивный эффект нововведения существенно снижает пресловутая оговорка о преступлении, совершенном в сфере предпринимательской деятельности. На практике правоохранители очень редко квалифицируют действия предпринимателей как совершенные в сфере предпринимательской деятельности.

Таким образом, если правоприменитель сочтет, что предполагаемое преступление совершено не в сфере предпринимательской деятельности (что как показывает практика происходит в подавляющем большинстве случаев), то обвиняемый (подозреваемый) лишится возможности иметь свидания с нотариусом. Закрепление данного права в такой форме делает его практически не применимым и в результате положительный посыл реформы не реализуется. Предприниматели ли же вновь остаются ограниченными в возможности передать управление своим бизнесом на период избрания меры пресечения.

Обозначенные новеллы и составляют сущность президентского законопроекта. Несмотря на имеющиеся минусы и технический характер преобразований, в современных условиях их необходимо воспринимать как положительные (особенно изменения, касающиеся налоговых преступлений). Однако бизнес‐сообщество рассчитывало на более существенную реформу, более того первоначальная редакция законопроекта предполагала решение ряда проблем, на которые постоянно обращается внимание в деловых кругах.

Первый связан с хорошо известной всем предпринимателям ст. 159 УК РФ «Мошенничество», которая является наиболее «популярной» при осуществлении уголовного преследования бизнеса. Полемика относительно данной нормы длится уже несколько лет, в нее оказались втянуты как представители бизнеса и силовых структур, так и юристы‐теоретики и даже Конституционный Суд РФ. Однако до сих пор не удается достигнуть консенсуса в дискуссии между правоохранительными органами и бизнесом. Рассматриваемый законопроект дал надежду предпринимателям, что их точка зрения будет учтена хотя бы в вопросе увеличения размера ущерба при совершении мошенничества.

В первоначальной редакции предполагалось дополнить ст. 159 УК РФ частями 5, 6 и 7 которые предусматривали бы ответственность за совершение мошенничества, связанного с преднамеренным неисполнением договорных обязательств (данные изменения направлены на преодоление решения Конституционного Суда РФ, который признал ст. 159.4 «Мошенничество в сфере предпринимательской деятельности» неконституционной). Также увеличивались пороговые размеры ущерба, который необходимо было причинить для привлечения к уголовной ответственности: крупный – 3 млн. рублей, особо крупный – 12 млн. рублей. Несмотря на то, что обозначенная инициатива применялись бы только к ч. 5, 6 и 7 ст. 159 УК РФ, она могла рассматриваться как определенное (пусть и незначительное) улучшение для бизнеса.

Однако данные изменения не были приняты и в настоящее время в действующей редакции УК РФ для целей ст. 159 значение крупного ущерба равно 250 000 руб., особо крупного 1 млн. руб., что явно не соответствует современным экономическим показателям компаний и в результате на практике в большинстве случаев предприниматели обвиняются в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 «Мошенничество, совершенное в особо крупном размере», которая предусматривает наказание до 10 лет лишения свободы.

Второй момент, который был позитивно воспринят при первом прочтении законопроекта, заключался в разрешении проблемы, связанной с вещественными доказательствами. К сожалению, на практике сложилась ситуация, в соответствии с которой, если при проведении следственных действий происходит изъятие документов или электронных носителей (компьютеры или серверы, например), получить их обратно довольно проблематично, если не сказать практически невозможно.

Следователь не ограничен каким‐либо сроком, в течение которого он должен осмотреть и признать изъятые документы и предметы в качестве вещественных доказательств по уголовному делу и, соответственно, обязан вернуть собственнику те предметы, которые он не признал в качестве доказательств. В отсутствии такого ограничения правоприменитель может сколь угодно долго решать вопрос о признании тех или иных предметов в качестве доказательств, что на практике приводит к дестабилизации деятельности коммерческих организаций, которые, например, не могут работать без серверов и компьютеров, а проведение следственных действий становится инструментом давления на коммерческие организации.

Анализируемый законопроект был призван решить данную проблему и устанавливал срок в 10 суток, в течение которых следователь был обязан вынести постановление о признании предметов и документов в качестве вещественных доказательств. Однако к третьему чтению данная норма была исключена из текста законопроекта, что не может вызвать каких‐либо иных эмоций кроме разочарования и непонимания причин упразднения, пожалуй, одной из самых здравых и эффективных инициатив, которая прозвучала в последнее время.

В итоге, безусловно, следует отметить положительные моменты законопроекта № 1083199‐6, который в скором времени будет подписан Президентом РФ. Однако следует констатировать, что власть в очередной раз продемонстрировала нежелание решать имеющиеся проблемы по существу и ограничивается точечными изменениями технического характера. До тех пор пока не придет осознание того, что такой серьезный конфликт невозможно разрешить путем косметических преобразований, провозглашенная властью цель, направленная на «формирование условий для создания благоприятного делового климата в стране и исключение возможностей для давления на бизнес с помощью механизмов уголовного преследования», вряд ли будет достигнута.


Издание
от 24.11.2016
Эксперт
Чекотков
Артем Юрьевич
Скачать статью

Контакты

127006 г. Москва,
ул. Малая Дмитровка, д. 16/6
+7 495 987-18-70 — многоканальный
+7 495 699-34-03 — факc
ПН-ПТ с 9-00 до 20-00 СБ с 11-00 до 16-00 ВС выходной
Скачать реквизиты